Гимн харьковскому раклу

пятница, января 13, 2012 - 13:15

Сто лет назад, на исходе 1911 года, в газете «Южный край» появилась статья под названием «С харьковского дна». Это была буквально песнь харьковскому босяку, бездельнику, мелкому воришке, которого в народе называли ракло.

Кто такие раклы?

Сперва давайте попытаемся разобраться, откуда взялось слово «ракло». Есть такая харьковская легенда, будто слово это обязано появлением местной бурсе – так в просторечии называли духовные училища, в частности, харьковский коллегиум, будто бы носивший имя святого Ираклия. Бедные голодные бурсаки бегали на Благовещенский базар, находившийся неподалёку, и скопом обирали тёток, торговавших пирожками. Те же, завидя несущуюся на них ораву бурсаков, кричали: «Рятуйте, раклы идут!» – от этого самого Ираклия.

Легенда красивая, но к действительности отношения совершенно не имеющая. Дело в том, что Харьковский коллегиум, позже ставший семинарией, никогда не носил имя ни одного из Ираклиев, поминаемых в православных святцах. Во всяком случае, сведений об этом нигде не встречается. Любители харьковского происхождения слова «ракло» реже вспоминают еще одну легенду, будто те же бурсаки в шутку называли налеты на торговок тринадцатым подвигом Гераклы, о чём и сообщали обираемым пирожницам.

Откуда пришло это слово в русский и украинский языки, на самом деле достоверно неизвестно. Некоторые исследователи считают, что слово «ракло» цыганского происхождения и первоначально обозначало любого нецыгана. Затем оно «перешло» на людей, которые находились в самом низу социального дна: последних бродяг, нищих и попрошаек. Постепенно оно дошло до Харькова, где им стали называть ещё и воришек, разного рода жуликов. Слово «ракло» до того прижилось в Харькове, что его часто употребляли даже в прессе, оно не считалось просторечием. Кроме того, сто лет назад к стилистике относились проще.


Благородный харьковский ракло

Никакого уважения харьковский ракло, конечно же, у интеллигентной, как тогда было принято говорить, публики не вызывал. Однако в конце 1911 года в «Южном крае» появляется статья, автор которой Е. М. Бабецкий высказал в адрес этого элемента местной жизни немало добрых слов.

Вообще-то исследователь харьковского дна поводом для статьи выбрал произошедший незадолго до того случай на Ивановке. Туда приехала карета скорой помощи, в одном из переулков столкнулась с препятствием – врытыми кольями, хозяин которых отказался их убрать. И тут на помощь врачам пришли ивановские раклы. Что удивило господина Бабецкого и стало для него основанием пропеть им своеобразную осанну. Я приведу не всю статью, а только ту часть, в которой поминается этот класс харьковских низов.

Карета скорой помощи. Харьков, 1910 г.

С харьковского дна

Благородный в своем роде харьковский ракло исчезает почти окончательно, и я, имевший возможность наблюсти совершившуюся эволюцию, скорблю об этом самым серьезным образом, ибо теперешние грабители, воры и хулиганы, в которых выродился кроткий и осторожный ракло, нагоняют страх и ужас, а прежнего харьковского «португальского бедняги гидальго» и дети не боялись, а бабы кочергой устрашали...

Кто помнит нашего местного «рыцаря индустрии», ютившегося в ночлежке у знаменитого Савки на Ново-Московской улице (межа Холодной или Лысой гор) или в «Свинячем гнезде», в конце Мордвиновского пер., на пустыре Благовещенской левады, тотчас согласятся со мною, что о старом харьковском ракле можно пожалеть: это был мирный, симпатичный даже «стрелец», редко пускавшийся на опасные предприятия, и скорее его били и колотили, чем позволял себе насилие хоть какое-нибудь.

Теперь не то. Попробуйте искусить кого-нибудь из холодногорских или ивановских «пшеничных», – нарицательное имя нынешних раклов, – и вы увидите, что это за типы...

Старые харьковские раклы горло бы перегрызли обидчику врача!... А теперь сколько ограблений совершается под видом приглашения к тяжко больному в ночное время?....

Да, увы! И раклы наши стали хуже, чем были когда-то!

«Харьковское дно». Фото из «Иллюстрированного прибавления» к «Южному краю» от 20.07.1914 г.

Старости

Телеграмма министру внутренних дел
18 марта 1917

Гор. голова Д. И. Багалей отправил министру внутренних дел следующую телеграмму: 

Воззвание к почтово-телегр. служащим
16 марта 1917

Управление харьковскаго п.-тел. округа получило для объявления всем служащим телеграмму следующаго содержания:

Арест «охранника»
16 марта 1917

Вчера утром, в союз учреждений мелкаго кредита явились два офицера и по поручению общественнаго комитета арестовали недавно поступившаго на службу в союз А. А. Кольчицкаго, который оказался агентом харьковской «охранки». Ранее Кольчицкий служил в харьк. городском управлении и был уволен за неблаговидные поступки.

В пользу политических освобожденных
16 марта 1917

Третьяго дня во время спектакля в театре Муссури, В. В. Холодная продавала открытки в пользу политических освобожденных. В несколько минут открытки были проданы; вырученныя от продажи открыток деньги, в сумме 140 руб. В. В. Холодная передала через М. Дон-Дыша в редакцию «Южнаго Края» для политических освобожденных.