Как Гоголь прописал

вторник, марта 23, 2010 - 14:05

Сто один год назад в Харькове, как и во всей Российской империи, отметили первое столетие со дня рождения Николая Васильевича Гоголя. Организация харьковских торжеств дала повод местному фельетонисту заметить, что картина чествования Гоголя достойна пера самого великого писателя.

«Все животные равны, но некоторые животные равнее других». Дж. Оруэлл «Скотный двор».

Поразительно, до чего часто похоже то, что происходило сто лет назад с современными нам событиями: все те же халатность, нераспорядительность, воровство, хамство и т.д, и т.д. Особенно это касается всего, до чего добирается чиновьничья братия. Вот, например, официальные торжества. Стоит возвести какой бы то ни было праздник на официальный уровень – все, пиши пропало: от тоски проводимых мероприятий засхнуть можно будет. Ну и, естественно, тут же объявятся более и менее причастные к торжеству. И ничего не поменялось за последние минимум сто лет. 

20 марта 1909 года в Харькове чествовали Гоголя, со дня рождения которого исполнилось 100 лет. В честь классика переименовали одну из центральных улиц, которая до того называлась Кокошкинской, по имени одного из харьковских генерал-губернаторов, и открыли в торжественной обстановке памятник. Это торжественное открытие стало темой недельных итогов, которые подводил в «Южном Крае» журналист под псевдонимом Юс. В воскресном номере от 22 марта 1909 года он напечатал фельетон «Гоголевская неделя». Ниже он приводится с незначительными сокращениями.

Освящение памятника Н. В. Гоголю в Харькове, 20 марта 1909 г. Фото из «Иллюстрированного прибавления» к «Южному краю» от 22.03.1909 г.

Освящение памятника Н. В. Гоголю в Харькове, 20 марта 1909 г. Фото из «Иллюстрированного прибавления» к «Южному краю» от 22.03.1909 г. 


Гоголевская неделя

Отчетная неделя имеет официальное наименование: Гоголевская неделя. 
Собственно, была только гоголевская «пятница», но так как всю неделю к этой пятнице готовились, по крайней мере, говорили о ней, складывалось такое впечатление, как будто всю неделю чествовали Гоголя.

Только Гоголь мог бы нарисовать всю картину «чествования Гоголя» в нашем городе в «назидание потомству». Нам, с нашими скромными силами, не справиться с этой задачей. Мы можем только рассказать о том, что было, дать тот сырой материал, из которого будущий Гоголь напишет пьесу «Юбилей».

.........................................................................................................................................

– Кто был на освящении памятника? - спросила меня жена, когда я пришел домой.

– Были ученики городских школ.

– Ну, а дальше?

– Были представители администрации.

– А еще?

– Были представители университета во главе с ректором.

– Потом?

– Были представители городского самоуправления.

– Ну?

– Были представители печати.

– Представители, представители, представители! - рассердилась жена. – А публика была? Жители города были?

– Были триста городовых и жандармов.

– Было тесно?

– Тесно было на крышах соседних домов, а площадь была пуста, на прилегающих улицах не было живого существа.

– Почему же мне не дали билета? Почему мне сказали, что все билеты розданы?

– А ты кто такая? - рассердился я в свою очередь. 

– Почитательница Гоголя.

– Почитательница? Что такое почитательница? Звание такое или чин? Нет, брат, дудки – у нас город такой: нечто есть представитель, а не представитель – пустое место, абстракция, вообще – ничто. 

Что вышло из ссоры фельетониста с женой, едва ли может интересовать читателя и историка. Но, придя в настроение более чем меланхолическое, я, естественно, предался мрачным думам.

– Хорошо, представители, - думал я, - представители так представители. Почему же не было представителей:

-Среднеучебных заведений
-Адвокатской корпорации
-Медицинского общества
-Публичной библиотеки
-Обществ взаимопомощи
-Профессиональных союзов.

И еще, и еще... Гораздо легче перечислить бывших представителей, чем неявившихся. 

И я думал: 

– Неужели так равнодушны харьковцы к Гоголю?

Но я вспомнил толпы людей, которые с завистью смотрели на «счастливцев с билетами». Я вспомнил группы людей на крышах домов. И я подошел к жене и виновато произнес: 

– Почему тебе не дали билета?

Триста полицейских ограждали памятник от:

- Не-представителей.

А внутри собралась маленькая кучка людей и смущенно смотрела вокруг:

– Неужто мы – весь Харьков?

Вообще, было чем смутиться и чему удивляться.

– Почему памятник убран желтыми лентами? - спрашивали в толпе.

Нашлись комментаторы.

– Желтый цвет австрийский, - объяснял один.

– Значит, в честь аннексии? - подхватил другой.

– Желтый цвет символизирует Яичницу.

– Какого Яичницу? - спросил один из «представителей», большой знаток Гоголя.

– Одного из женихов в «Женитьбе», того именно, который, не видав еще невесты, успел осмотреть дом, постукать стены и изучить приданое всесторонне.

– Это намек? - произнес другой «представитель» и обиделся, и даже хотел уйти.

Так был освящен маленький памятник-наперсток.

Не-представители потеряли очень немного.

Но очень много потеряла комиссия, устраивавшая торжество, что все упреки падают только на нее одну. По крайней мере, по желанию комиссии был огражден полицией доступ к памятнику даже после его освящения.

Не-представители спрашивали: 

– Чего боялась комиссия? Чтобы кто-нибудь не стащил памятника?

Вероятно, именно этого. 

Потому что уже по окончании торжества памятник был огражден от «не-представителей» цепью из скамей. Двое полицейских стояли на страже, оберегая фортификации. 

Не-представители толпились вокруг, умоляли:

– Допустите к памятнику!

– Мы почитатели...

– Дайте цветы положить...

– Разрешите венки посмотреть.

Одна дама, впрочем, добилась и, после долгих увещеваний, была допущена к возложению цветов. Но эта дама очень настойчива и, кроме того, эта дама не имеет того страха, который характеризует всех вообще:

– Не-представителей.

Юс.

Старости

Женский труд и солдаты
15 декабря 1917

Сегодня вечером, на Рымарской улице, в военном собрании, будет обсуждаться вопрос о женском труде в военных учреждениях.

Реквизиция
15 декабря 1917

13-го декабря, в 9 час. вечера боевой дружиной было занято по ордеру военно-рев. комитета помещение петроградскаго банка, которое пустовало уже более четырех месяцев.

Разстрел
15 декабря 1917

Третьяго дня, на Южном вокзале, по «приговору трибунала» (неизвестно кем и как образованнаго), разстреляны девять грабителей, захваченных на месте преступления.

Перестрелка на Благовещенском базаре
15 декабря 1917

13-го декабря часов около 9 на Благ. базаре появился отряд вооруженных матросов Балт. флота и красногвардейцев, которые пытались задержать солдата (личность не выяснена).